Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Aconcagua

65 лет Победы. Тырныауз

В сентябре - октябре 1942 года, когда враг подходил к Тырныаузу, было принято решение эвакуировать население Баксанской долины, вывести войска и военную технику, вынести молибденовый концентрат. Войска уходили в Грузию через перевал Донгуз-Орун, мирные жители - через перевал Бечо.

Тырныаузский вольфрамо-молибденовый комбинат был взорван, наиболее ценное оборудование вывезено. Продукцию, которую не успели отправить в Нальчик, защитники города перенесли в рюкзаках через перевал Донгуз-Орун в Грузию. Дорогостоящий металл фашистам получить так и не удалось.

С фронтов были срочно отозваны специалисты по альпинизму для подготовки перехода через перевал Бечо 1500 жителей Баксанской долины. Эта операция поручалась известным до войны альпинистам А. Малеинову, Ю. Одноблюдову, А. Сидоренко, Н. Моренцу и др.

Колонну людей возглавил Ю. Одноблюдов. Шаг за шагом, метр за метром его группа преодолевала подъем по склону перевала. За ней шли очередные группы с рюкзаками и домашними сумками, в которых люди несли самое необходимое для столь трудного и ответственного перехода. Вот строки из книги И. Ветрова "Перевал Бечо":

"Движется пестрая цепочка людей. Идут кто в чем. Вот невысокая молодая женщина в коричневой стеганке, как-то странно перепоясанная не то бельевой веревкой, не то шнуром. Это машинистка из управления комбината. Дышит тяжело, часто останавливается. У нее больные легкие. Сгорбившись, бредет сухощавый старик с черноглазой девочкой, внучкой Женей. В Нальчике, во время бомбежки, погибли ее родители ... Вот проходит девушка в грубошерстной кофте, тонкая, с глубокими, не по летам, морщинками под глазами. Идет медленно, словно слепая, никого не видит перед собой ... Вот идет молчаливый осетин Сагид Такеев из конструкторского бюро комбината. Тяжелый рюкзак прижимает его к земле. Рубашка мокрая. Пот заливает глаза. За ним худощавая татарка с добрым и открытым лицом, работница комбината Аминя Арустамова с годовалой дочуркой Розой на руках. Из ложбины вышли жены шахтеров, ушедших на фронт. Софья Ивановна Елкина с тремя малолетними детьми и Евдокия Ивановна Лысенко с двумя похожими друг на друга мальчиками ..."

Труден был переход по Баксанскому ущелью столь необычному отряду численностью в полторы тысячи человек. Но надо было идти вперед. Над головой появлялись фашистские разведывательные самолеты, враг упорно продвигался в глубь Северного Кавказа.

Но настоящие сложности были впереди: предстоял штурм перевала высотой 3348 м над уровнем моря. Снова читаем у И.Ветрова:

"Ветер без разбора хлестал по лицу и в спину, с ног до головы осыпая снегом, песчинками и мелкими камешками. Страшно было смотреть на людей, особенно на детей. Лица обожжены солнцем, носы заострены, глаза не по-детски серьезны. Даже самые маленькие не плачут".

Скалы, снег, осыпи, лед ... Все это изо дня в день преодолевали люди, предпринявшие такой необычный переход, которого не знали Кавказские горы. И все же разношерстная, неподготовленная, плохо снаряженная группа в столь трудных погодных условиях удачно прошла по этому сложному маршруту. Вот строки из книги О.Л.Опрышко "На Эльбрусском направлении":

"В одной колонне шла молодая женщина - машинистка. Ее вес был всего 46 килограммов. Мы несли ее на руках до перевала. Помню старика профессора, кажется, из Ленинградского горного института. Он не мог подниматься со всей партией. Я видел его несколько раз. Он то сидел, отдыхая на тропе, то шел, держась за хвост ишака. И все-таки перешел перевал. Шла старушка с внучкой 5-6 лет. "Сколько Вам лет, бабушка?" - спросил у нее. - "Семьдесят, сынок ... Ты свое дело делай, милый, веди нас, а я сама дойду. Ноги болят, но идти надо - мне помирать скоро, а вот внучку не хочу оставлять извергам ..."

25 дней длился этот героический переход жителей Тырныауза в Закавказье. Это были дни стойкости, мужества, отваги. Люди шли, преодолевая невзгоды, в дождь и в снег, в метель и пургу. Уходили от порабощения и фашистской неволи, спасая детей, стариков, больных.

Небывалый героизм, отвагу и выдержку проявили альпинисты - руководители этого перехода. Им приходилось в день проходить до 25-30 км, несколько раз возвращаться назад, страховать на опасных местах участников перехода, нести малышей, помогать и поддерживать стариков, организовывать горячее питание на маршруте.

Этот легендарный, беспримерный переход закончился успешно. Все его участники дошли до цели.

Отсюда

Collapse )
Aconcagua

Казбек Хамицаев

Картинка 8 из 33

Казбек действительно удивительный и легендарный человек... На своей Родине, в Северной Осетии его уважают не менее, чем известных не только в России борцов и футболистов. Еще бы... Он первый осетин, который покорил Эверест, уже этим выдающийся альпинист вошел в историю своего народа.

Не зря его выбрали Послом "Сочи 2014" наряду с легендарными хоккеистами Александром Овечкиным и Сергеем Федоровым, а его проект "Россия на вершинах мира" по праву можно считать олимпийским.

Я уже смог убедиться в его профессионализме при восхождении Аконкагуа. Он чувствует горы, а горы чувствуют его. Это и называет опыт помноженный на настоящий фанатизм (естественно, в хорошем смысле) и талант.
Aconcagua

1 марта 2010, первый день весны

1 марта 2010, первый день весны у нас и первый день осени здесь, в южном полушарии.

Сегодня мы, как обычно, задержались с завтраком и выходом :-) Это уже стало традицией. Наши инструктора высказывались за более ранний подъем и выход, но все упирается в горячую воду и завтрак, который готовят гиды. Утро было ясное, солнечное. Нам раздали на каждую палатку по белому мешку с продуктами и каждому по черному мешку с общественным грузом. Довольно долго выбирали четверых добровольцев, которые пойдут раньше остальных, чтобы начать топить снег в лагере, пока будут подниматься остальные.

Остальным Казбек скомандовал двигаться вместе, не разделяясь. Поэтому собирались выйти в 11, а вышли, как и предсказывали, в 12 часов, сразу как пошел снег :-) И вот под этим снегом мы шли первый час. Потом немного распогодилось, идти стало проще. Но часа через два началась гроза. Гроза на 5000 метров - явление очень редкое, по словам наших гидов, за 16 лет было 6 раз. Когда статическое электричество ударило Хулио, он сразу скомандовал отбросить палки и остальное железо, отстегнуть рюкзаки и поплотнее прижаться к земле подальше от выступающих камней и скал. Те, кто первый раз попали под грозу, очень сильно испугались и даже после команды гида долго боялись оторваться от земли :-). Потом мы небольшой группой в пять человек оторвались от остальных и быстрее пошли к лагерю, чтобы начать ставить палатки. Когда мы вышли на гребень, Аллочку, идущую второй после Сергея Кобзева, ударило статическим электричеством и все рухнули на заснеженную тропу. Я валяться не стал, а пошел к видневшемуся лагерю. Там с Сергеем Егориным под снегом и ветром мы поставили палатку. Вечер пролетел довольно быстро, мы пили чай, много шутили, смеялись на весь лагерь, ужасались тому набору продуктов, который нам нагрузили, жалели об отсутствии горелки и рассуждали о психологии, психоэнергетике, происхождении религий, ведах, йогах и прочем, прочем, прочем...

Нигилист Сергей сначала молчал, потом подкалывал, потом опять молчал, потом начал твердить мантру "когда же вы заткнетесь" , которая через некоторое время сработала и мы легли спать. Всю ночь шел снег и дул сильный ветер, мы даже переживали за тех, кто поставил палатку на гребне, на самом продуваемом месте. Я периодически просыпался ночью, было немного прохладно, но не настолько, чтобы вылезать из спального мешка и одеваться. Под утро я все-таки не выдержал, вылез из спальника, стряхнул смерзшийся конденсат и залетевший снег, оделся и залез греться обратно. Сергей с Любой около четырех утра еще вставали пить чай, но я не хотел вылезать из спальника :-)